b30753a4     

Булычев Кир - Трудный Ребенок



child_sf Кир Булычев Трудный ребенок 1975 ru ru Ego http://ego2666.narod.ru ego1978@mail.ru FB Tools 2006-05-28 OCR & spellcheck by HarryFan, 12 September 2000 8374282B-F131-4018-A025-35970C45C93D 1.0 v1.0 — создание fb2 Ego
Кир Булычев
Трудный ребенок
Мне запомнился один разговор. Ничего в нем особенного — я таких разговоров наслушалась сотни. Но тогда мне вдруг пришло в голову, что постороннему человеку ни за что не догадаться бы, в чем дело.
Моя бабушка сидела в соседней комнате и жаловалась на жизнь своей подруге Эльзе. Я к таким беседам отношусь положительно: бабушке полезно выговориться. Специально я не вслушивалась, но работа у меня была скучная, механическая, и некоторые фразы запали в голову.
Я ползала на коленях по полу с тюбиком в руке и скальпелем в зубах и подклеивала подкладку пузыря. Разница между дилетантом и настоящим спортсменом-пузыристом заключается в том, что дилетант старую подкладку выбрасывает — невелика ценность.

Профессионал склеит подкладку собственными руками и подгонит пузырь по себе так, что его конструктор не узнает. Ведь скорость и маневренность пузыря зависят порой от таких неуловимых мелочей, что просто диву даешься. Мы все такие — профессионалы.

Как-то я была на сборах, рядом тренировались велосипедисты — славный пережиток зари механического века. Вы бы посмотрели, как они обхаживали, перекраивали, сверлили свои машины.
И тут я услышала голос бабушки:
— Иногда у меня руки опускаются. Вчера он прыгнул на верхнюю раму телеэкрана и с такой яростью отломал ее, что я боялась — потеряет пальцы.
— Это ужасно, — согласилась подруга.
Всю жизнь у бабушки происходят события, и всю жизнь Эльза выражает бабушке сочувствие.
Они поговорили немного, я не слышала о чем, потом голос бабушки опять проник в мою комнату:
— Я думала, мы его никогда не достанем из-под плиты. Там щель крохотная. А он умудрился забраться в нее ночью, пока все спали.
— Ты, наверно, страшно переволновалась?
— Не то слово. Утром встаем, его нигде нет. Олег (имелся в виду мой папа) чуть с ума не сошел.

А я пошла на кухню, только набрала на плите код, как у Катеринки возникло предчувствие. Она заглянула в щель. Просто счастье, что я не успела нажать кнопку.

Потом техник мне сказал, что под плитой температура поднимается до ста градусов.
— И он вылез?
— Ничего подобного. Он застрял. Лежит и шипит. Пришлось демонтировать плиту. А техник сказал…
— Но должны же быть какие-то светлые моменты, — настаивала Эльза.
— Ни одного! — отрезала бабушка. — Но самое страшное, я не представляю, что он выкинет завтра.
— Нырнет в мусоропровод? — предложила в качестве рабочей гипотезы Эльза.
— Это он уже делал. Катеринка поймала его за задние лапы. Все приходится держать под замком, все проверять, все прятать.

За последние полгода я состарилась на десять лет.
Последние слова бабушки не соответствовали истине. Выглядела она великолепно. Борьба с Кером придавала ее жизни определенную остроту.

Мученический венец бабушку молодил.
И вот, прислушиваясь к этой неспешной беседе и ползая при том со скальпелем в зубах по скользкой подкладке, я пыталась представить себе, что я ничего не знаю. Допустим, я случайный человек, Кера в глаза не видела. Кем он мне привидится? Котенком?

Щенком?.. Но уж совсем не чертенком со старой гравюры…
Меня дома не было, когда отец привез Кера. Я задержалась на тренировке, поэтому и увидела его последней.
Он сидел на столе и показался мне похожим на голодную, замерзшую обезьянку, забывшую о живости и лукавстве обезьяньего племени. Он кутался в



Назад