b30753a4     

Булычев Кир - Сказка Про Репку



Кир Булычев
Сказка про репку
1.
Я привез Люцине УполянкуФ При виде этого подарка Люци села на диван и
сидела в полном оцепенении три часа (я не преувеличиваю). Нет ничего приятнее,
как делать подарки, от которых человек цепенеет. Я сел напротив и рассматривал
Люцину, преисполненный тщеславия, и ждал, пока она придет в себя, чтобы
сообщить мне мои жизненные планы на ближайшие дни.
- Это будетЕ - сказала она - Все умрут.
Все - это относилось к подругам и вообще знакомым, а может, ко всему
женскому населению города. Моему внутреннему взору предстала зловещая картина:
Люцина идет по улице в одеянии из полянки, а при виде ее женщины, молодые и
немолодые, красивые и некрасивые, ложатся вдоль стен домов на цветочные клумбы
и умирают. И тотчас мне стало их жалко, лучше бы ложились помирать мужчины, и
не все, а одни мои соперники, которые крутятся вокруг Люцины, тогда как я
рискую жизнью, вылавливая полянок или углубляясь в дебри шахты. Так всегда
бывает в жизни: Одиссеи бродят по океанам, способствуя первоначальному
накоплению капитала, рабы сидят на галерах или мрут в рудниках, а принцессы в
окружении льстивых придворных прожигают жизнь в ожидании богатых даров.
- Полянка, - сказала Люцина бархатным голосом. Получилось польанка -
изящно и нежно.
А я все еще пребывал в мстительном настроении по отношению к придворным
моей прекрасной дамы и потому постарался разрушить совершенство этого мира.
- Ты знаешь, почему УполянкаФ? - спросил я.
- Нет. Наверно, потому, что красиво, наверно, потому, что на ней узоры
переливаются, как цветы на полянке, как полянка в лесу.
- Ничего подобного. Эту бабочку назвали по имени Теодора Поляновского,
Теодора Федоровича, такое вот странное имя.
- Да?-сказала Люцина рассеянно, поглаживая тонкими, длинными пальцами
нежнейший ворс полянки - Это интересно Польановский.
Ей это было совершенно неинтересно, она вновь оцепенела, а мне хотелось
рассказать Люцине о Поляновском, мне хотелось доказать ей, что Поляновский
некрасив, скучен и зануден, неосмотрителен и даже глуп. Его отличала от прочих
смертных удивительная настойчивость, упорство муравья, цепкость бульдога и
способность к самопожертвованию ради дела, даже если это для других смертных и
яйца выеденного не стоит. Хотя кто может рассудить, что важнее в нашем
перепутанном, сложном мире? Хорошо было жить в тихом, провинциальном двадцатом
веке, когда все было ясно, Ньютона почитали за авторитет и Эвклида изучали в
школах, когда люди передвигались с черепашьей скоростью на самолетах, никто
никуда не спешил, а на маленьких полустанках притормаживали ленивые поезда.
Теперь о тихой глади того времени могут лишь мечтать бабушки, а внуки, как и
положено внукам, не дослушивают медленных бабушкиных рассказов, убегают,
улетают, дематериализуютсяЕ Наверно, я старею, иначе чего это меня тянет в
спокойное прошлое?
2.
Поляновский сочетал в себе скорость и решительность нашего времени с
настойчивой последовательностью прошлого века. Он - идеал, выпавший из времени
и чудом державшийся в пространстве. Чудом, но с какой хваткой! Меня вызвал к
себе начальник шахты Родригес и сказал:
- Ли, к нам приехал гость. Гостю надо помочь. Поведешь его в шахту?
- Поздно, - сказал я - Со вчерашнего дня шахта закрыта, и ты знаешь об
этом лучше меня. Со дня на день пойдет вода.
- Особый случай, Ли, - сказал Родригес, прикрывая правый глаз. -
Познакомься.
И тут я увидел в углу человека, который сидел, сложившись втрое, и глядел
в землю. Но первое впе



Назад