b30753a4     

Булычев Кир - Съедобные Тигры (Жестокий Дрессировщик)



Кир Булычев
Съедобные тигры
Авт. назв.: "Жестокий дрессировщик"
Цикл - "Гусляр"
В городе Великий Гусляр не было цирка, поэтому приехавшая труппа разбила
брезентовый шатер-шапито на центральной площади, рядом с памятником
Землепроходцам. По городу были расклеены афиши с изображением львов и
канатоходцев. Представления начинались в семь часов, а по субботам и
воскресениям также утром, для детей.
Александр Грубин попал в цирк в первый же день, на премьеру. Он выстоял
длинную очередь, записывал на ладони порядковый номер и проходивший мимо
Корнелий Удалов, увидев Грубина в очереди, сказал с усмешкой:
- Тщеславие тебя заело, Саша. Хочешь первым быть. А я через неделю без
очереди билет возьму. Городок наш невелик.
- Это не тщеславие, - сказал Грубин. - Меня интересуют методы дрессировки.
Ты же знаешь, что у меня есть ручные животные.
У Грубина был белый ворон и аквариумные рыбки.
- Ну ладно, я пошутил, - сказал Удалов. - Стой.
Потом отошел немного, вернулся и спросил:
- А по сколько билетов дают?
- Не больше чем по два, - ответили сзади.
- Я тоже постою, - сказал Удалов.
Но его прогнали из очереди.
Место Грубину досталось не очень хорошее, высокое. Он всем во дворе
показал билет, сам себе выгладил голубую рубашку, сходил в парикмахерскую,
вычистил ботинки и, отправляясь в цирк, сказал своему говорящему ворону:
- Я, Гришка, обязательно с дрессировщиком побеседую. Может говорить тебя
обучим.
- Давай-давай, - согласился ворон.
На улице дул осенний ветер, приносил из-за реки сырость. Цветные фонарики
у цирка раскачивались, словно на качелях, и отблески их падали на головы
зрителей, которые толпились у входа, спешили попасть внутрь. Встретилось
много знакомых. Кое-кого Грубин знал раньше, а других увидел в очереди и
сблизился на почве любви к искусству.
Арена была посыпана опилками, ее окружал потертый бархатный барьер, по
которому обычно ходят передними ногами слоны и лошади. Над входом на арену
разместился маленький оркестр, который настраивал инструменты. Среди
униформистов Грубин узнал одного парнишку с соседней улицы и пенсионера,
тоже соседа. Униформистов цирк набирал на месте.
Молодой толстенький дирижер поднялся на мостик, встал спиной к арене и
взмахнул палочкой. Загремел цирковой марш и разноцветные прожекторы
бросили свет на арену, к красной занавеске, из-за которой вышел высокий
распорядитель в черном фраке и сказал:
- Добрый вечер, уважаемые зрители.
В цирке было тепло и немного пахло конюшней. Запах этот за годы въелся в
брезент шапито, в стулья и даже в канаты. Грубин вместе со всеми
приветствовал распорядителя бурными аплодисментами и как все был охвачен
особенным цирковым чувством. Он готов был смеяться любой шутке клоуна и
обмирать от ужаса при виде прыжков под куполом.
- Воздушные гимнастки сестры Бисеровы!
И тут же на арене показались три девушки в голубых купальных костюмах,
расшитых серебром. У девушек были сильные ноги и светлые волосы,
завязанные тесемками, чтобы не мешали работать. Девушки поклонились
публике и по знаку распорядителя сверху к ним спустились три одинаковые
трапеции, за которые они схватились руками и медленно взмыли вверх, к
серому куполу, и зрители запрокинули головы, чтобы не терять гимнасток из
виду. Гимнастки перелетали с трапеции на трапецию, хватали друг дружку в
воздухе за руки и ноги и порой казалось, что они вот-вот упадут вниз, но в
последний момент они спохватывались и элегантно укреплялись на трапециях.
Играл оркестр, иногда весь целиком



Назад